​Ширма государственных конкурсов

25.05.2017

Конкурсные отборы на государственные должности приписывают сегодня чуть ли не основным #перемогам Майдана. Веря в сильное, сформированное гражданское общество мы внедрили конкурсы почти во все части государственного аппарата, государственные учреждения и предприятия. Везде конкурсные комиссии формируются с привлечением общественности. Любая общественная организация имеет возможность заявить про желание участвовать в работе разнообразных конкурсных комиссий.

Прозрачность конкурных отборов бьет мировые рекорды: прямая трансляция всех этапов конкурсов, включая собеседования, публикация всех (иногда даже персональных, охраняемых законом) данных о кандидатах, результатов тестирования и самих тестов. Вершиной прозрачности является онлайн трансляция обсуждения кандидатов после собеседования и открытое принятие решения по победителю.

Такой подход, по мнению большинства, должен обеспечивать приход «во власть» самых лучших, компетентных, прозрачных и высокоморальных кандидатов. Казалось бы все очевидно.

Но…

Мы все чаще слышим о #зраде, когда победителями конкурсов оказываются кандидаты с сомнительными репутациями. Когда результаты конкурсов запрограммированы с самого начала. Доходит даже до того, что будущие победители конкурсов ищут представителей общественности для участия в своем избрании.

Виноваты ли конкурсы? Возможно, сам принцип конкурсного отбора является неприменимым в нашей стране? Вопрос конечно риторический.

На самом деле, сейчас достаточно примеров успешных конкурсных отборов в Украине. И откровенно нужно признать: конкурсы активно проводились и при «злочинной» власти. Просто не столь открыто, повсеместно и без широкого привлечения общественности.

Поэтому нельзя говорить, что все конкурсы являются продажными, подтасованными и нецелесообразными.

Но в такой форме, как и где они проводятся сейчас это, безусловно, фарс. Фарс способный очень скоро дискредитировать саму идею конкурсных отборов и выдвинуть идею повсеместного единоличного назначения всех госчиновников. Поскольку «жить по новому» будет означать уже управлять единолично и повсеместно.

Итак, какие системные проблемы имеем сейчас с конкурсными отборами на высокие государственные посты?

1) Размытая ответственность за выбор и назначение на высокую должность. Например, кто ответственен за избрание в 2015 году членом НАЗК, а потом его главой Натальи Корчак? Члены конкурсной комиссии, которые ее избирали? Правительство, которое ее назначало членом НАЗК? Или члены НАЗК, которые выбирали Корчак главой Агентства? В итоге – никто!

2) Неадекватное повсеместное использование конкурсных отборов. К примеру, при формировании эффективной команды госуправленцев естественна возможность руководителя влиять на состав своей команды. У нас же часто и руководитель госоргана (либо подразделения), и его заместители избираются внешней комиссией, которая по своему усмотрению расставляет кадры (не учитывая мнения руководителя). Давайте, наконец, открыто спросим: о какой командной работе может идти речь в таком случае? И ответим: если повезет, то работа будет идти шатко-валко, по накатанной ранее стезе. Но о новых, креативных подходах, повышении результативности работы можно забыть... Да, и тут есть исключения. Когда выдающийся менеджер «перезапускает» и мотивирует навязанную ему команду на общую цель и результат. Но это опять таки – исключение. Менеджеров такого уровня, которые могут дать результат в государственном, подчеркиваю, органе – единицы. Все, кому предлагали идти для внедрения нового качества управления «во власть», ставили условие – возможность формировать свою команду. Так кого мы в таком случае хотим обмануть? Народ? Или доноров, которые дают деньги на новые прожекты?

Сегодня очевиден факт: власть давно «оседлала» большинство конкурсных отборов и нашла способ влиять на результат. Поэтому сегодня выгодно и модно везде проводить конкурные отборы, как бы по примеру бизнеса. Но в отличие от бизнес-подходов, где персонал подбирают профессионалы HR (специалисты по подбору персонала), в конкурных комиссиях для госчиновников часто работают просто хорошие люди, каждый из которых имеет свой уникальный опыт работы, управления и жизни. И как свести эту команду к лучшему результату в нормативных актах не прописано. А потому каждая комиссия ищет свой рецепт работы. И это «творчество» уже породило принуждение конкурсантов к исполнению Гимна Украины, к цитированию Божьих заповедей, и к душераздирающим вопросам «а не хабарник ли ты?» и т.д.

В это время внедрены и успешно используются приемы «победителей» на таких конкурсах:

а) получение «контрольного» количества голосов членов конкурсных комиссий.

б) работа на уровне подачи кандидатур на конкурс, когда ненужных кандидатов снимают еще до подачи заявок на конкурс, или настойчиво предлагают провалить тестовые этапы кандидатам, уже подавшим свои заявки «без согласования со старшими». Или моделируют конкурс, подавая заранее непроходных (по уровню знаний, опыта или личных качеств) кандидатов рядом с «самым сильным» нужным кандидатом. В таких случаях конкурсная комиссия может быть самая-самая честная, а результат будет все равно программируемый. Проблема состоит в том, что нормативно не выписана четко возможность конкурсных комиссий не рекомендовать ни одного из заявленных кандидатов и заново огласить конкурс на эту должность.

в) пересмотр решений одних конкурсных комиссий другими, равными по статусу, но более лояльными. Примером может служить уникальный приказ Генерального прокурора от 29 декабря 2016 года №414. Согласно этому приказу жалобы на решения всех конкурсных комиссий по основаниям необъективности и предвзятого отношения к кандидатам на административные должности в местных прокуратурах при проведении собеседований пересматривала Киевская конкурсная комиссия. И почти все поданные жалобы удивительным образом были удовлетворены. После окончания конкурса приказ был отменен.

Поэтому часто получается либо выбор без выбора, либо «освящение» решения большинства комиссии присутствием авторитетных представителей общественности с высокими моральными качествами. Может быть и то, и другое одновременно.

Что с этим всем делать?

Во-первых, необходимо пересмотреть в сторону сокращения перечни должностей, назначение которых нужно проводить посредством открытых конкурсов. Например, конкурсы на директоров заповедников или музеев, когда «днем с огнем» ищут представителей общественности, которые соблаговолят принять участие в работе конкурсных комиссий. При чем, в большинстве случаев будущие члены таких комиссий даже не представляют себе работу таких руководителей. В итоге, создаются «карманные» общественные объединения для участия в подобных конкурсах. Это точно не укрепляет гражданское общество в Украине. Напротив, создает препоны и искусственную конкуренцию для действительно работающих организаций.

Во-вторых, нужно вернуть право избранному на конкурсе руководителю госоргана, предприятия, учреждения назначать (или хотя бы влиять – входить в состав конкурсной комиссии) на назначение своих заместителей. Нарушение элементарных управленческих принципов не приводит к уменьшению коррупции в этих органах (не те методы), но часто приводит к парализованию управления такой организацией, появлению номинальных министров и иных руководителей.

В-третьих, необходимо усовершенствовать процедуры проведения конкурсов: составлять четкие описания профессиограмм должностей (желаемый образ избираемой должности); составлять адекватный набор тестовых методик (часто определенные тесты проводятся по причине наличия иностранного финансирования, а не реальной необходимости или валидности); определять критерии оценки членами комиссий решающих собеседований (иначе каждый член комиссии «с потолка» берет основания для голосования); убрать излишнюю публичность собеседований (онлайн трансляция собеседований и даже голосований за кандидатов не добавила чистоты конкурсам, но добавила давление на членов комиссии).

Конечно, конкурсы на высокие и низкие госдолжности не совершенны, как впрочем и демократия. Но решительно можно утверждать: конкурсы это то, что может дать силу государственным преобразованиям при правильном их проведении.